gorlex72

05 марта 1946 г. У. Черчилль произнес в Фултоне свою знаменитую речь, из которой, по словам бывшего президента США Рональда Рейгана, не только родился современный Запад, но и мир на нашей планете.

Все начиналось довольно банально и очень по-американски. Перед войной скончался преуспевавший адвокат из Сент-Луиса Джон Грин, который в 1884 г. окончил Вестминстерский колледж. Вдова в память мужа основала в 1937 г. специальный фонд, целью которого стала организация ежегодных лекций по международным проблемам, читаемых, как сформулировано в уставе фонда, "человеком с международной репутацией, который сам бы избирал тему своей лекции и прочитал бы ее в духе христианской терпимости и благожелательности" . До окончания второй мировой войны фонд организовал шесть лекций, в том числе, конгрессмена Тома Смита и министра иностранных дел Италии графа Карло Сфорца. Седьмым выступавшим в рамках фонда Джона Грина стал Уинстон Черчилль.

Знаменитая фултонская речь родилась в полнейшей политической невинности. Идея пригласить Черчилля пришла в голову президенту Вестминстерского колледжа професcopy Ф.Л. Макклуеру летом 1945 г., когда он рыбачил на озерах в Миннесоте. Как президент любого американского университета, Макклуер в первую очередь был озабочен поиском денег и ростом паблисита своего колледжа, который был известен лишь тем, что в нем существовала самая старая в Америке организация студенческого братства, основанная губернатором Миссури Чарльзом Хардиным в 1868 г. Визит Черчилля сыграл бы огромную роль в решении этих проблем. Но как реализовать эту сумасшедшую идею, как добиться согласия "самого знаменитого англичанина"? Гонорар по правилам Фонда Джона Грина составлял 5 тыс. долларов, в то время большую сумму, однако далеко недостаточную для того, чтобы заинтересовать Черчилля.

Но здесь удачно совпало несколько факторов. В июле 1945 г. Черчилль потерпел поражение на выборах и ушел с поста премьер-министра. Личный врач лорд Морэн порекомендовал ему провести отпуск в теплом климате. Старый друг Черчилля полковник Франк Кларк предложил ему свой дом во Флориде, и Черчилль решил в середине января 1946 г. отправиться на отдых в США. Однокурсник Макклуера по Вестминстеру выпуска 1916 г. генерал Гарри Вайн был назначен военным советником президента США Гарри Трумэна, а тот, как известно, родился и вырос в маленьком городке Индепендес на западе Миссури, всего в ста милях от Фултона, и являлся большим патриотом своего штата.

Макклуер изложил свою идею Вайну, а тот - президенту Трумэну. К этому времени Трумэн знал, что Черчилль планирует провести какое-то время в США. Почему бы не пригласить его в Миссури? Трумэн попросил Макклуера приехать в октябре в Вашингтон и взять с собой письмо к Черчиллю. Бывший премьер-министр Англии приглашался выступить с двумя лекциями в любое удобное для него время зимой 1945 или весной 1946 г., причем, он мог избрать для лекций любую международную тему. Особо в письме отмечалось, что основательница Фонда Джона Грина родилась в Англии. Но главное - Трумэн своей рукой на приглашении внизу дописал: "Это великолепная школа в моем родном штате. Надеюсь, что Вы сможете это сделать. Я сам представлю Вас". Предполагалось, что вторую лекцию Черчилль прочитает на обратном пути в Сент-Луисе.

Личная просьба президента США, его обещание персонально представить аудитории гостя сыграли решающую роль в том, что Черчилль в письме Трумэну ответил положительно. 10 декабря президент США прислал в Вестминстер текст информационного сообщения, которое Черчилль предлагал распространить одновременно в Лондоне и Вашингтоне: "Мистер Черчилль принял приглашение от Вестминстерского колледжа в Миссури произнести речь о "мировых делах" 5 марта 1946 г. Приглашение было подтверждено президентом Соединенных Штатов, который сам представит мистера Черчилля колледжу. Мистер Черчилль направится в Нью-Йорк из Англии морем в середине января. Ему было рекомендовано лордом Морганом, его медицинским советником, провести месяц или больше в теплом климате и полном покое. Он принял приглашение полковника Франка Кларка из Квебека остановиться в его доме во Флориде в феврале. Мистер Черчилль в настоящее время не рассматривает никакие другие публичные приглашения в Соединенных Штатах. В поездке во Флориду его будут сопровождать миссис Климентина Черчилль и его дочь миссис Сара Оливер".

На следующий день Трумэн получил еще одно письмо Черчилля, где тот уточнил, что он выступит при условии, если президент США будет сопровождать его в этой поездке. От второй лекции и от предложенного гонорара гость решительно отказался. Для Черчилля приглашение выступить в Фултоне было крайне привлекательно. Во-первых, лично. Он тяжело переживал свой уход с поста премьер-министра и хотел продемонстрировать, что остается политиком мирового калибра. Некоторые газеты писали, что, потерпев провал дома, Черчилль решил попытать удачу в США. Имея статус частного лица, он получил возможность сказать гораздо больше и резче, а выступая в провинциальном колледже, а не перед политиками в Вашингтоне, Черчилль как бы придавал своей речи отвлеченный академический характер.

Но высказать свое видение мировой ситуации Черчиллю было важно и как ответственному политику. Международная обстановка после второй мировой войны была запутанна и неопределенна. Требовалась принципиально новая концепция международных отношений. Антигитлеровская коалиция быстро распалась, между бывшими союзниками нарастали серьезные противоречия. Советский Союз во главе со Сталиным чувствовал себя очень уверенно и постоянно подчеркивал, что, как главный победитель над фашизмом и главный потерпевший от него, имеет больше прав в решении вопросов послевоенного устройства, особенно в Европе и Азии. Такая позиция встречала немало сочувствия в политических кругах и общественном мнении Запада. Черчилль понимал, что Англия, бывшая до войны главной европейской державой, больше таковой не является, а Советская Армия, находившаяся в половине стран Европы, никогда не позволит Англии даже слабой попытки вернуть былое величие.

Остановить Советский Союз могли только США, обладавшие в то время монополией на атомное оружие. Неспроста свою первую внешнеполитическую речь в качестве лидера оппозиции в ноябре 1945 г. Черчилль посвятил "важным проблемам наших отношений с Соединенными Штатами", а через месяц выступил с резкой критикой лейбористского правительства, пытавшегося занять позицию "посредника" в советско-американских отношениях и выступившего за "дистанцирование" от США. Но захотят ли США принять на себя груз ответственности за европейские проблемы, выступить в качестве мировой супердержавы, открыто стать на позиции сдерживания СССР? Интерес простых американцев к международным делам был невелик. Опросы того времени показывали, что 65% из них никогда не обсуждали международные проблемы.

Выступая в Фултоне в 1990 г. Рональд Рейган говорил, что Черчилль в 1946 г. "обращался к нации, находившейся на вершине мировой власти, но не привыкшей к тяжести этой власти и исторически нежелавшей вмешиваться в дела Европы. Но он надеялся, что поездка в самое "сердце Америки" позволит ему достичь ее сердца". Именно поэтому Черчилль настаивал, чтобы американский президент сопровождал его. Присутствие Гарри Трумэна, его вступительное слово придавали речи Черчилля важный политический характер. После поражения на парламентских выборах летом 1945 г. влияние Черчилля на мировую политику резко уменьшилось, а так он как бы показывал всему миру, что выступает и от имени президента США.

Пригласив Черчилля, Вестминстерский колледж не только прославился, но и обрек себя на немалые хлопоты. Начиная с середины января 1946 г. не было дня, чтобы американские газеты не писали о Фултоне и колледже. Репортеры прочесывали город, интервьюируя всех, кто имел хотя бы некоторое отношение к предстоявшему событию. При этом, будучи частной школой, рассчитывать на государственную помощь в организации визита Вестминстер не мог. А проблемы возникали одна за другой.

Так, самый большой зал вмещал 2800 человек, тогда как только за первые три недели поступило более 15 тыс. просьб о билетах. Много проблем было с организацией работы прессы. Черчилль категорически отказался от телевизионной трансляции, заявив в посланной в Вестминстер телеграмме, намекая на несовершенство телевизионной аппаратуры, что "не хочет портить событие техническими экспериментами". Поэтому ограничились радиотрансляцией и приглашением газетных репортеров. Прямая трансляция речи осуществлялась также в соседние помещения, где должны были разместиться те, кому не досталось билетов в главный зал. "Вестерн юнион телеграф" оборудовал 400 рабочих мест для журналистов, снабдив их печатными машинками. Было протянуто 35 телефонных линий, сделаны запасы еды для репортеров.

Ожидания и общественный интерес были высоки как никогда. В этой атмосфере 4 марта после обеда Уинстон Черчилль в сопровождении своей жены и дочери сел в специальный поезд на Юнион Стэйшн в Вашингтоне. В соседний вагон вошел президент США Трумэн. Остальные вагоны поезда заняли примерно восемьдесят репортеров и фотографов. Президент был в отличном настроении от того, что он вез самого знаменитого оратора мира в своей родной штат, в маленький колледж, о котором никто до этого и не слышал. Главные газеты и радиостанции страны передавали регулярные сводки "с борта президентского поезда". Американцы узнали, что Черчилль утер нос президенту в знании классической американской поэзии, которую он читал наизусть. А Трумэн на время заменил машиниста дизельного локомотива и сам вел специальный поезд. На вопрос, как ему это понравилось, ответил: "Мне это так понравилось, что я думаю теперь купить локомотив".

В полдень 5 марта президентский поезд прибыл в столицу штата Миссури Джефферсон-Сити. Трумэн, Черчилль и сопровождавшие их лица пересели в автомашины и отправились в Фултон, расположенный в 40 километрах от столицы. Черчилль был одет в черный костюм и котелок, Трумэн - в костюм темно-зеленого цвета, в руках у него была синяя шляпа. Недалеко от города крыши машин были убраны и кортеж закрытых машин превратился в кортеж открытых. При въезде в город Черчилль попросил остановиться, заявив: "Я не могу зажечь свою сигару на таком ветру и знаю, что все будут разочарованы".

Американский президент и бывший британский премьер сели на спинку заднего сидения автомобиля и таким образом въехали в Фултон. Трумэн улыбался своей знаменитой сдержанной улыбкой, в то время как Черчилль, держа в одной руке сигару, другой показывал свой "фирменный" знак - "V", знак победы. На подножках машины стояли три сотрудника секретной службы США и свирепого вида усатый инспектор из Скотланд-ядра, сопровождавший Черчилля.

Улицы были полны народу - население Фултона в этот день выросло в четыре раза. Неоднократно по национальному радио было передано предупреждение, что в Фултоне не хватит места в ресторанах и кафе для того, чтобы накормить всех гостей. Поэтому многие привезли с собой корзинки с едой. Люди скандировали: "Привет, Винни!". Вдоль маршрута полицией были протянуты желтые запретительные ленты, за 15 минут до прибытия кортежа было запрещено хождение с места на место. Фотографы могли выходить на проезжую часть для съемок, но им было строго запрещено бежать за машинами.

Первым пунктом повестки дня был легкий обед - "шведский стол" - в доме президента Вестминстерского колледжа. Меню составили копченый окорок, приготовленный по местному рецепту в апельсиновом и ананасовом соусе, курица с грибами и запеченным картофелем, салат, блинчики с вишнями, домашнее мороженое и торт. "Я люблю свиней, - сказал Черчилль в начале обеда. - Собаки смотрят на нас снизу вверх. Кошки смотрят на нас сверху вниз. И только свиньи относятся к нам, как к равным". Обед так понравился Черчиллю, что он произнес: "В этом окороке свинья достигла вершины своей эволюции". Он попросил не только дать ему рецепт приготовления, но послать несколько окороков в Вашингтон, куда он возвращался после Фултона, а затем и в Англию. Такую же просьбу высказал и президент Трумэн. Обед завершился преподнесением Черчиллю золотых часов и специальной золотой таблички с его именем и выгравированным знаком "V". Далее все перешли в большой зал, где уже в течение часа 2800 человек ожидали высоких гостей.

Черчилль заранее писал Макклуеру: "Я сомневаюсь, что процедура потребует больше, чем полтора часа. Думаю, что президент займет примерно 20 минут и я - примерно сорок, но я еще обсужу все это с ним" . После гимна колледжа губернатор Миссури Фил Доннелли дал слово Гарри Трумэну, который - не по бумажке - представил бывшего премьер-министра Англии. "Представить выдающегося гражданина мира мистера Черчилля - одна из самых великих привилегий за всю мою жизнь, - сказал он. - Я знаю, что у него есть кое-что конструктивное сказать".

Одетый в алую мантию профессора Оксфорда Черчилль вышел на трибуну и, поблагодарив президента Трумэна за представление его "академической аудитории". подчеркнул, что именно Трумэн пожелал, чтобы в это беспокойное и неопределенное время Черчилль с полной свободой начал бы искреннее и правдивое обсуждение. "Я, - сказал он, - обязательно позволяю себе эту свободу и чувствую, что имею больше прав на это из-за моих личных амбиций. Я могу позволить себе на основе всего жизненного опыта взглянуть на проблемы, которые окружили нас на следующий день после нашей полной армейской победы; и постараться со всей данной мне силой, чтобы все, что достигнуто с такими жертвами и страданиями, было бы сохранено в целях будущей безопасности и торжества человечества".

Сразу после выступления Черчилля состоялась церемония вручения ему и Трумэну дипломов и мантий почетных докторов Вестминстерского колледжа. Черчилль был в очень хорошем настроении. Надев новую мантию, он заметил, что получение степени доктора обошлось, к счастью для него, без предварительного экзамена. "Конечно, - сказал он, - я непоколебим в верности моему королю и моей стране. Но я никогда не был полностью чужим для Соединенных Штатов, являющихся родиной моей матери и пяти поколений моих предков".

В свою очередь Трумэн сказал: "Еще никогда не было в истории, чтобы мир так нуждался в лидерстве. Еще никогда не было в истории, чтобы мир так нуждался в моральном пробуждении. Еще никогда не было в истории, чтобы весь мир стал делом каждого из нас. Освобождение атомной энергии в результате усилий США в великой войне дало нам силу, которая может нести или счастье и благосостояние для каждого человека на Земле, или полное разрушение цивилизации" . На следующий день все газеты отметили, что Трумэн не показал никак своего отношения к идеям Черчилля, высказанным в речи, особенно предложению англоязычного братства.

Сразу по окончании церемонии два лидера встретились с семьями 55 студентов и выпускников Вестминстерского колледжа, погибших во второй мировой войне. Эта встреча продлилась дольше, чем планировалось и была очень эмоциональной. 9 марта Макклуер написал президенту Трумэну: "Было очень великодушно с Вашей стороны разрешить представить Вам родителей студентов Вестминстера, которые отдали свои жизни на войне. Некоторые из них прибыли издалека, и привилегия быть представленными Вам и мистеру Черчиллю была очень высоко оценена ими". Затем Черчилль и Трумэн вернулись в дом Макклуера, где им были вручены памятные подарки -золотые часы, а также картина для Черчилля американского художника Томаса Гарта Бентона, за которую колледж заплатил 150 долларов. Пожимая руку президенту колледжа, Черчилль сказал: "Надеюсь, что я дал старт размышлениям, которые повлияют на ход истории".

Наскоро перекусив все тем же знаменитым окороком, Черчилль и Трумэн на машинах отправились в Джеферсон-сити, где их ждал президентский поезд. По дороге от дома к машине они пожали сотни рук людей, которые выстроившись вдоль улицы ожидали их. Кто-то крикнул: "Где твоя сигара, Винни?". Черчилль засмеялся и громко сказал: "Благослови вас всех Бог!".

Текст речи
http://www.sociodinamika.com/lib/churchill_fulton.html