gorlex72

Оригинал взят у

zarava в Кто принесет мир в Цхинвал? (1991г)

14 июля исполняется 20 лет со дня ввода в Южную Осетию миротворцев.
Выложу немного материала 20-летней давности. Материалы из четырехтомного издания "На Юге Осетии и снег горел". В книге статьи югоосетинских и российских историков, журналистов, ученых, философов, археологов, юристов-международников, общественных деятелей, написанных и опубликованных ими в печатных СМИ Южной Осетии и СССР-России касательно истории осетинского народа и грузино-осетинских взаимоотношений. Там же опубликованы статьи советских и российских журналистов на тему осетино-грузинского противостояния. Книга является квинтэссенцией югоосетинской журналистики, публицистики и документалистики, посвященной борьбе за национальный и государственный суверенитет Южной Осетии, а также международно-правовым основаниям признания республики.
2 том выйдет в свет буквально на днях. Составитель Валентина Тедеева.
**********************************************************************
КТО ПРИНЕСЕТ МИР В ЦХИНВАЛ?

Война в Южной Осетии началась по всем правилам. В считанные минуты в Цхинвале были захвачены административные здания, почта, телеграф, телефон, банк, продовольственные склады, заблокированы дороги, отключено электричество. В кромешной тьме в город, как «тать в нощи», ворвались три тысячи представителей грузинской милиции и почти столько же переодетых, а то и нет, боевиков, обрушив на мирных жителей шквал свинца и огня.

Нет, наверное, сегодня в центре города ни одного дома с целыми стеклами или не отмеченными пулями стенами. Расстрелянные автобусы, сожженные дома, разграбленные магазины с зияющими оконными проемами... Разгромленные административные здания, выброшенные на улицу груды документов, разворованное имущество, десятки убитых, сотни раненых... Совсем недавно уютный и гостеприимный Цхинвал превратился в земной филиал преисподней.

С той лишь разницей разве, что черти предпочитают жарить грешников на сковороде, а боевики пытают невинных людей электротоком или сжигают, облив горючим.

Кто останется равнодушным, видя обстрелянные из крупнокалиберных пулеметов детское и реанимационное отделения областной больницы, за стенами которой без отопления, при свечах и керосиновых лампах врачи проводили сложнейшие операции? Сжимается сердце при виде прикованных к постели раненых с недоуменным вопросом в глазах: «За что?». За несколько дней в лютую стужу в доме престарелых умерли 24 старика – осетины, русские, грузины, армяне. Они похоронены во дворе своего последнего безрадостного приюта, ибо дорога к кладбищу блокирована. Умирали от холода младенцы в роддоме. В кладбища превратились дворы школ и домов.

Бесовский шабаш «незваных гостей» продолжался несколько дней. В результате – заваленные пустыми бутылками, пищевыми отходами, экскрементами помещения обкома, облисполкома, театра. Разнесенная в пух и прах аллея героев, оскверненные памятники В. И. Ленину, Коста Хетагурову, кровь, смерть, слезы...

Цхинвал полностью отрезан от мира. Нет связи даже у правительства, не поступают центральные газеты, молчит радио и телевидение. Информация – только из Грузии, наводненная ненавистью к осетинскому народу. А «грузинские» материалы центральных газет и вовсе заменяются другими. Едва ли не любой материал на цхинвальскую тему заменяется при перепечатке в Тбилиси чем-то иным.

Единственное окно в мир и путь спасения – автомобильная дорога Цхинвал – Владикавказ. Здесь в любой момент может сойти лавина, сметающая на своем пути людей и технику. Но беженцы идут – страх смерти от рук бандитов сильнее страха лавин и камнепадов. Идут в основном женщины и дети. Мужчины остаются защищать Родину.

По-разному называют люди этот путь – «дорога жизни», «тропа слез». Мы прошли по ней, поднимаясь в горы, а навстречу шли беженцы, несущие скромные узелки и сумки. Малыши волоком тащат их по накатанному снегу, привязав веревку. Младенцев и стариков несут на руках. Только по официальным данным, в Северной Осетии сегодня более 8 тысяч беженцев. По неофициальным – около 12 тысяч. Но неизмеримо сложнее тем, кто остался в Цхинвале. Ежедневно город подвергается обстрелам. Поразительно – люди привыкают к этому. И если выстрелы не слышны вечером, то сон долго не приходит: что-то затевается. А в отрезанных боевиками осетинских селах вершится заведомо неправый суд, горят дома, гибнут люди.

Информационная, энергетическая, политическая, продовольственная блокада поставила город на грань жизни и смерти. Скромные запасы Южной Осетии давно исчерпаны. А помощь извне изымается боевиками на участке дороги Джава – Цхинвал. Двадцатикилометровый путь превратился в непреодолимую преграду. Совсем недавно в селе Кехви бандитами полностью разграблена колонна из нескольких десятков машин с продовольствием, горючим, одеждой. Водители и сопровождающие подверглись зверским избиениям. Часть из них оставлена заложниками. Грузы и машины бесследно исчезли. Жестокость тех, кто со спокойной совестью обрекает на голодную смерть невинных людей, поистине не знает предела...

А с чего все началось? Разве ни жили в недавнем прошлом грузины и осетины в дружбе? Самое время вспомнить, что со второй половины 80-х годов в Грузии начали набирать силу доселе неизвестные политические процессы. Одни «политики» с пеной у рта спешили объявить их ростками демократии и продуктом нового политического мышления. Другие констатировали усиление сепаратизма с нацистским душком. Чья формулировка точней – история разберется. Но одно не вызывает сомнения: цель новых процессов – выход республики из состава СССР. Закон о «Юго-Осетинской автономной области» в этих условиях превращался в серьезную преграду на пути грузинских «самостийников». По этой причине в ноябре 1988 года Верховный Совет Грузии внес значительный ряд изменений в действующую Конституцию Грузинской ССР, взяв тем самым на себя право «принимать решения» по вопросам национально-государственного устройства и определять порядок решения вопросов административно-территориального деления Грузинской ССР, что грубо противоречит Конституции СССР.

«Обновленная» Конституция Грузии вызвала понятную озабоченность в Цхинвале. Ситуация усугублялась искажениями в социально-экономической, культурной и демографической политике, проводимой грузинским руководством в Южной Осетии. Конец 1989 года был отмечен вспышкой насилия в области, порожденной нашествием вооруженных грузинских неформалов. Еще более обострялась ситуация в 1990 году. «Подлил масла в огонь» приход к власти партий «Круглого стола» во главе с З. Гамсахурдиа. В национальной политике новое руководство республики исходило из принципа: «Грузия – для грузин». Националистические потуги неформалов и шовинистические предвыборные обещания З. Гамсахурдиа стали воплощаться в жизнь всей политической структурой «новоиспеченного» грузинского государства.

В этих условиях в сентябре 1990 года была провозглашена Юго-Осетинская Советская Демократическая Республика. На сессии облсовета 16 октября утвержден состав временного исполнительного комитета ЮОСДР, который назначил на 9 декабря выборы. В состоявшихся вскоре выборах приняло участие более 70 процентов избирателей. Парламент Грузии объявил голосование незаконным и... упразднил Юго-Осетинскую автономную область. Именно с декабря прошлого года осетино-грузинский конфликт приобрел особо опасный характер.

Нынешнее противоборство Грузии и Южной Осетии до недавнего времени можно было охарактеризовать как конфликт сугубо политического свойства. Грузинские лидеры стремятся как можно скорее выйти из состава СССР, Южная Осетия однозначно за союз с Россией. Существенные разногласия между грузинским правительством и руководством Юго-Осетии, нежелание осетин примириться с шовинистической политикой Гамсахурдиа привели к провозглашению Юго-Осетинской Советской Демократической Республики. Реакцией Грузии стало похищение главы Южной Осетии Т. Кулумбегова, судьба которого по сей день неизвестна. В это же время двинулась на Осетию орда милиции и боевиков. Чем завершилась эта «миссия мира» – описано выше.

Силы в Юго-Осетии не равны. Грузинская сторона располагает автоматическим оружием (в том числе и израильского производства), многочисленной боевой техникой и, самое основное, поддержкой руководства Грузии, создавшего все условия для беззакония и разбоя. Да и по численности: грузин в республике около 4 миллионов, осетин – чуть больше 160 тысяч.

В соответствии с официальной идеологией грузинские боевики, руки которых обагрены кровью, – «сторонники демократии, нового политического мышления». Осетинский же народ – «враг грузинской нации». И не только в соответствии с точкой зрения правительства Грузии, но, что совершенно непостижимо, грузинской церкви, глава которой Илия II недавно издал чрезвычайный приказ: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа приказываю: Отныне убийцу каждого грузина, несмотря на вину или невиновность жертвы (убитого), объявить врагом грузинского народа...» Вот тебе и евангельская заповедь «не убий». Как не говорить после этого о благословленном церковью геноциде, как не сравнивать его с «крестовыми походами»?

Все, что нам довелось увидеть в Южной Осетии, находится за пределами здравого смысла. Истребление народа отличается неслыханным варварством и садизмом. Понять, чем провинился осетинский народ, народ с глубочайшими историческими и культурными корнями, не только единоверец, но и брат русских по крови, невозможно. Политические методы урегулирования конфликта исчерпаны давным-давно. Как будут развиваться события дальше? Кто-то еще надеется, что решающее слово в погашении конфликта скажет армия. Дай Бог, чтобы эти надежды оправдались. События других «горячих точках» Отечества доказали: военные в силах выступить в качестве стабилизирующей и умиротворяющей силы. Но для этого... нужен ПРИКАЗ. А пока позиция воинских частей и соединений, размещенных в зоне конфликта, по сути нейтральная. Сколько продлится этот нейтралитет, каждый день которого оплачивается кровью?..

Определенные надежды возлагаются и на части внутренних войск, введенных недавно в Цхинвал. В этом немало рационального. Однако ныне подразделения МВД в Южной Осетии прочно занимают позицию невмешательства.

Кстати, о подразделениях внутренних войск. Принципиально важно, что они введены по инициативе правительства Грузии. Того самого правительства, что взяло жесткий курс на усмирение Южной Осетии. Москва, «Центр» лишь одобрили эту инициативу.

Не менее существенно и другое. Послали в Цхинвал Восьмой полк Внутренних войск МВД СССР. Тот самый, что печально известен всем осетинам своей неприглядной ролью в 1981 году, когда пули, приклады и слезоточивый газ оказались главными аргументами в «диалоге» с восставшим Владикавказом (тогда еще Орджоникидзе).

Не сбросить со счетов и фактор возможной тактической хитрости. Семьи офицеров этого полка живут в Тбилиси. Кто может поручиться, что «горячие головы», проводящие политику «Грузия – для грузин», в случае активизации подразделений ВВ МВД СССР в Цхинвале не используют их в качестве заложников, а то и попросту подвергнут террору?

Не исключено, именно эти факты послужили благодатной почвой для появления и распространения слухов: «мол, иные военные с грузинскими неформалами «попутаны» крепко – потому и грузинских боевиков не спешат разоружать, потому и оружие, что у осетинской стороны, изымается и порою чуть ли не передается грузинской стороне».

Мягко сказать, странными, по крайней мере для жителей Южной Осетии, представляются и в целом отношения союзного руководства, «Центра» к событиям в Цхинвале. Только за неполные три месяца в адрес высших государственных инстанций, лично на имя Горбачева М. С., Лукьянова А. И., Пуго Б. К. и др. из Южной Осетии было направлено около трех десятков писем, протестов, жалоб. Каждый документ – крик о помощи, мольба о спасении. Под каким сукном осели они? В недрах чьих сейфов спрятаны? Ни на одно обращение ответа до сих пор не получено. Глухота «вождей» и высших инстанций породила с каждым днем крепнущее предположение: «Центр» сознательно не вмешивается в события, преследуя при этом две цели. Первая – дискредитировать оголтелую политику Грузии (на примере зверства грузинской милиции и боевиков в Южной Осетии), не пожелавшей остаться в составе СССР. Вторая – выдержать паузу, по истечении которой Москва в конфликт все-таки ввяжется, ликвидирует его, заслужив тем самым нимб миротворца, пополнив изрядно растерянный ныне политический капитал. Не слишком ли дорогой ценой и в том и в другом случае будут достигнуты в принципе понятные цели?

Узкая трещина разногласия переросла в идеологическую пропасть. Многие в Южной Осетии уже уверены: из политического конфликт неудержимо перерастает в межнациональный, межэтнический. Опасения обоснованны: на фоне зверств и беззакония грузинские боевики зачастую ассоциируются со всем грузинским народом. Заметим и другое. Сейчас уже появилась перспектива рождения двух противостоящих блоков. В первый войдут осетины, возможно, терские казаки, абхазцы, дагестанцы. Во второй – грузины, наверное, ингуши, чечены... Конфликт перейдет в масштабное массовое кровопролитие. Согласитесь, мрачная перспектива...

Автоматные очереди в Южной Осетии продолжают резать слух, пули настигают людей в любое время суток. И права, пожалуй, газета «Адемон Цэдис» («Народный Союз»): «Придет время, когда те в Грузии, кто сегодня не знает, что творится от их имени, узнают и ужаснутся. Кто не верит – убедится. Кто оправдывает – раскается. А пока Южная Осетия составляет авангард борьбы за свободу грузинского народа, за будущее благополучие Грузии. Обычная для осетин роль в грузинской истории.

Война продолжается. Единственный способ остановить ее – вывести «грузинскую милицию», снять блокаду Цхинвала, освободить дороги. Выполнить Указ Президента.

Другого решения нет. Осетины на своей земле защищают свои дома, свои семьи. Они не уйдут, пусть ни у кого не будет в этом сомнения. Они будут стоять, как много веков стояли в этих горах их предки.

Они будут стоять.

Они защищают родину!

«Советский патриот». 1991, январь

******************************************************************************

КТО СКАЖЕТ: «МИР ВАМ?»

Указ Президента СССР от 7 января предписывал в трехдневный срок вывести с территории Юго-Осетинской автономной области все вооруженные формирования, кроме частей МВД СССР. Верховный Совет Грузии постановил, что Указ является грубым вмешательством во внутренние дела республики. Областной Совет Юго-Осетии выразил полное согласие с указом. Но обстановка здесь после Указа Президента не изменилась: стрельба, нехватка продовольствия и топлива, неопределенность на завтра...

От Москвы Тбилиси два с половиной часа лету. От Тбилиси до Цхинвала – главного города Юго-Осетии – полтора часа езды на машине. Первую часть пути преодолеть так же легко, как почти невозможно – вторую. Но представителям внутренних войск МВД СССР (в их число пришлось зачислить на несколько часов и меня) – не препятствуют. До Гори мы с майором МВД СССР Александром Ростовцевым добираемся на машине грузинской милиции. По пути пару раз останавливаемся па постах ГАИ. Интересуемся, как там, на дороге в Цхинвал. Постовые скрипят зубами «Там наших братьев убивают…» На нас смотрят косо, но пропускают. В Гори горотдел милиции набит людьми в форме, чем-то напоминающей милицейскую. С удивлением замечаю: у какого-то человека, один погон лейтенантский, другой – капитанский. Дальше нас везет «уазик» внутренних войск МВД СССР. На подъездах к Цхинвалу – пикеты. Подполковник Михаил Слобко объясняет: это – неформалы, это – милиция. Въехать в город можно только с военными. Связи с Москвой в Цхинвале нет даже у армии. Связь ВЧ молчит. Газет тут не получаем. Только телевидение. Никто в Цхинвале не видел корреспондента ТАСС, который информирует страну и мир о здешних событиях.

Город поделен на две части: центр контролирует грузинская милиция, остальную часть города – осетинское население. Здесь дымится школа – грузинская. Кто поджег, неизвестно; от нее остались только черные провалы окон. Все ходят по улицам, и никто не работает, все чего-то ждут. Жутковатое перемирие. Оно кончается с наступлением комендантского часа.

С семи вечера до семи утра откладываются все дела, и люди идут стрелять...

После введения внутренних войск, еще до указа, поначалу все было спокойно. Они полностью контролировали город. Правда, и этот промежуток времени не был безмятежным. Продолжались катастрофические сбои со снабжением города сырьем и продуктами. Директор Цхинвалторга Мурат Цховребов показал мне одно из писем, адресованное коменданту города генералу Гиви Кванталиани, а также председателю провозглашенной Юго-Осетинской Советской Республики Торезу Кулумбегову и начальнику войсковой группы МВД СССР генералу Генриху Малюшкину. В нем приводятся факты захвата машин с продовольствием, предназначавшихся для жителей Цхинвала.

Так, например, 17 декабря в районе селения Мегрикиси машина цхинвальской автоколонны № 2667 с грузом – 4 тонны майонеза и 1 тонна маргарина – была остановлена старшим лейтенантом ГАИ и перенаправлена в грузинское село Ередви. С середины декабря продовольствие в Цхинвал практически не поступает. Экономическая блокада, естественно, влияла на обострение ситуации.

К Новому году силами грузинской милиции было упразднено управление внутренних дел Юго-Осетии и принято на хранение около 200 автоматов. По мнению осетинской стороны, в результате этой акции город был обезоружен.

Поводом для резкого обострения обстановки стали события 4 января. Вот как о них рассказывают главные действующие лица.

Генерал Борис Воронов, начальник следственной группы МВД СССР:

«До 2 января МВД вполне владела ситуацией. 3-го по радио выступил Председатель Верховного Совета Юго-Осетии Торез Кулумбегов. Он сказал, что внутренние войска не справляются с поддержанием порядка, обвинил нас во всех смертных грехах. На следующий день, начиная со второй половины, в городе стали собираться толпы осетин. Это совпало с приездом в город группы сотрудников уголовного розыска Грузии. Толпа отняла у них 14 автоматов.

5 января нас пригласили в Гори на совещание сотрудники МВД Грузии и сообщили, что готовится ввод крупного подразделения грузинской милиции – около 3 тысяч человек. Мы предупреждали, что это приведет к взрыву. Все-таки было принято решение ввести милицию. Тогда мы поставили одно условие. Коли вы вводите такие силы, зачем нужны внутренние войска? Мы дали команду сосредоточить их в военных городках».

Торез Кулумбегов, Председатель Верховного Совета Юго-Осетии:

«4 января генерал Воронов сказал мне: «Вы должны выступить по радио и успокоить народ». – «Я не буду этого делать. В прошлом году, когда пошли слухи, что к городу идет 20-тысячная толпа грузин, я пришел к начальнику Юго-Осетинского управления КГБ Грузии Гиви Хубашвили и спросил его: правда ли это? Он уверил меня, что нет. Оказалось – правда. Где гарантия, что и теперь не случится то же самое? Выступите по радио сами и дайте гарантию, что в городе не будет грузинской милиции». Генерал Воронов выступил и попытался успокоить людей. Толпа разошлась...

Вскоре показалась колонна грузовиков с курсантами грузинской милиции. Прошел слух, что люди ринулись туда и разоружили курсантов.

А на следующий день город оккупировала грузинская милиция. Внутренние войска ушли со своих постов. Начался террор».

Свидетельствует грузинка Амгелашвили: «Я работаю на городском узле связи. Утром 6-го заступила на дежурство. В 10.20 ко мне на 3-й этаж ворвались люди в милицейской форме. Я по-русски спросила в чем дело. Они поставили меня к стенке, прижали автоматы к виску и к сердцу. Чего я только от них, не услышала! Да, разве это милиция была – мундиры на них не стягивались...»

Андро Болатаев, житель дома № 3 по ул. Димитрова: «Я вышел из дому. Не успел сделать и нескольких шагов, как в меня начали стрелять из одного дома по ул. 8 Июня. Я был ранен в левое бедро».

Люди, одетые в милицейскую форму, врывались в магазины, грабили их, громили административные здания, автобусы, троллейбусы. Кто же они? Вот что рассказал капитан спецназа МВД СССР Владимир Костеневич:

«Комендант города Кванталиани приказал задержать людей, ведущих стрельбу в районе кладбища. Мы сделали это. Задержали 6 человек. У двоих оказались удостоверения сотрудников грузинской милиции. Два человека были одеты в камуфлированную форму (похожую на ту, что носит спецназ), остальные – в гражданское. На шестерых оказалось 16 стволов оружия... Комендант Кванталиани потребовал освободить задержанных и вернуть оружие. Первое требование я выполнил, второму не подчинился.

Добавлю: у многих задержанных нами милиционеров оказались удостоверения личных телеохранителей Председателя Верховного Совета Грузии Звиада Гамсахурдиа. Кто они на самом деле, остается только предполагать».

На следующий день, 7 января, вышел Указ Президента СССР. Бои между тем разгорались. Центр города контролировался грузинской милицией. Остальная часть – осетинским населением. К 9 января были убиты четверо осетин и двое грузин. Несколько десятков человек ранены.

10 января руководство Юго-Осетии отказалось от переговоров с МВД Грузии. Мотивировка: переговоры затянут исполнение Указа Президента о выводе грузинской милиции. Торез Кулумбегов сказал мне: «Если после всего, что было, я пойду на переговоры с ними, наши люди повесят меня за ноги».

11 января в городе прошел митинг, на котором осетинское население требовало выполнения Указа Президента.

Ночью снова началась стрельба. Утром стало известно, что, по предварительным данным погибли трое грузин и один осетин.

Вражда грузинского и осетинского населения, похоже, перерастает в ненависть. Когда тем же днем я возвращался с осетинской стороны в расположение полка внутренних войск МВД СССР (он находится на «грузинской» территории) вместе с двумя сотрудниками Юго-Осетинского исполкома (их вызвал генерал Кванталиани, чтобы решить вопросы, связанные с похоронами убитых), нас остановили грузинские блюстители порядка и начали избивать. Мне досталось меньше, поскольку довольно быстро стало ясно, что бьют не того, но сотрясение мозга успел получить. Думаю, окажись пара грузинских милиционеров в осетинской части города, им пришлось бы еще хуже...

Возвращаюсь из Цхинвала через Большой Кавказский хребет. Но горных видов через щель бронетранспортера не разглядеть. От Джавы дорога открыта. Через тоннель – во Владикавказ, Северную Осетию. К соплеменникам у южан только одна просьба: не вмешивайтесь. Но во Владикавказе уже не спокойно.

Никто не скажет, когда это кончится. На эту тему не думают, убеждены: война только начинается.

А. Колесников

«Советская Осетия». 1991, 26 января

****************************************************************************

ТЯЖЕЛЫЕ ДНИ ЦХИНВАЛА

С каждым днем обстановка в Юго-Осетии все более осложняется.

Горестные вести, подобно черным воронам, вторгаются в нашу жизнь и заставляют содрогаться наши сердца. Стремящийся к свободе и к прекрасному будущему осетинский народ с каждым днем ожидает улучшения обстановки, однако никаких улучшений не происходит. За последние два дня значительно обострилась обстановка в городе. Ночь на 23 января вновь оказалась бессонной для цхинвальцев. Всю ночь бронетранспортеры Министерства внутренних дел Грузии не прекращали обстрел.

То с одной улицы, то с другой слышалось щелканье пулемета. Все перемешалось как в аду: пулеметные выстрелы, автоматные очереди, страшные взрывы... И вот итоги этой страшной ночи: пули безжалостных грузинских оккупантов настигли любимых сынов Осетии Хетага Биченова, Инала Кокоева, Алана Маргиева и Леонида Техова. Кому мог мешать шестнадцатилетний Леонид Техов, который еще не успел даже распрощаться с детством? Всего на год был младше него Алим Маргиев. Им обоим не суждено было почувствовать вкус жизни, познать ее радости. Для них уже навсегда закатилось солнце Осетии, вражеская пуля навсегда прервало биение их пламенных сердец, заставила замолкнуть их звонкие голоса.

Немногим был старше них и Инал Кокоев – было ему всего 23 года. Люди знали его как честного и правдивого человека. Ради друзей он мог пожертвовать всем на свете, мог для них вырвать из своей груди сердце.

Человек этого возраста думает только о жизни, смерть ему кажется чем-то неправдоподобным, словно и нет ее на земле...

Но как могли поднять руку на 59-летнего Хетага Биченова «блюстители порядка»? Неужели их не смутила даже его седая борода? Однако убийце все равно: воин перед ним или же беспомощное существо...

Только бессердечный человек, не имеющий на земле ни родных и ничего святого мог прицелиться в семилетнего ребенка Юрия Кокоева. У него было ранено правое плечо и врачам пришлось долго и упорно бороться за его жизнь.

В ту же ночь врачи Юго-Осетинской соматической больницы вырвали из рук смерти еще одного раненого.

Беспокойной была для горожан и ночь на 24 января. В эту ночь не прекращали вновь стрельбу бронетранспортеры так называемой грузинской милиции. До 9 часов утра не смолкали пулеметные и автоматные очереди.

Как сообщили нам из Юго-Осетинской соматической больницы в эту ночь к ним поступило два раненых. Гораздо спокойнее была ночь на 25 января, но и в эту ночь в больницу были доставлены трое раненых

В. Гобозов

«Советская Осетия». 1991, 26 января